Планета Агнии Барто
16 февраля 2026
А на Венере есть кратер, который тоже так называется. И выходит, что бесхитростные строчки, знакомые каждому с раннего детства, — мостик между поколениями. Все эти «уронили мишку на пол», «зайку бросила хозяйка», «идет бычок, качается», «не утонет в речке мяч» и даже «Муля, не нервируй меня!» действительно стали для их автора путевкой в вечность, в космическое бессмертие. Не на словах, а на деле.
Как истинная женщина или, скорее, как играющее в загадки вечное дитя, Агния Львовна Барто всю жизнь будет скрывать год своего рождения. Число — пожалуйста: четвертое февраля по старому стилю. А вот был ли то 1906-й, как принято указывать в официальных биографиях, или 1907-й, поскольку, говорят, она в семнадцать лет прибавила себе год, чтобы взяли на работу в магазин в голодное время, а может, и вовсе 1901-й, согласно записи раввина в каунасском архиве о рождении девочки Агнии в семье Авраама-Льва Волова? И почему в этой записи четко указано «Агния и Авраам-Лев», а потомки Барто утверждают, что ее звали на самом деле Гетель Лейбовной? Впрочем, это далеко не последнее противоречие, скрытое за, казалось бы, монолитным образом-памятником главной советской детской поэтессы. И нет никаких весов, на которых мы, взращенные на ее стихах, могли бы измерить хорошее и дурное и выставить ей счет...
Вскоре после рождения дочери семья переехала из Ковно (нынешнего Каунаса) в Москву. Обосновались на Малой Дмитровке, жили обеспеченно. Папа, Лев Николаевич Волов, ветеринарный врач, вел прием в кабинете здесь же, в доме, мама, Мария Ильинична, вела хозяйство (слыла, впрочем, дамой ленивой и капризной), а маленькой Агнией, которую родные называли Ганной, занималась няня Наталья Борисовна — водила гулять и рассказывала русские народные сказки.
Одним из первых впечатлений девочки стала шарманка за окном, и она мечтала ходить вот так же по дворам, крутить ручку и видеть, как из окон выглядывают люди, привлеченные скрипучей надтреснутой мелодией. А еще старушки из Общества покровительства животным вечно дарили ее папе канареек, Ганне поручалось о них заботиться, но птицы почему-то умирали, и девочке приходилось в слезах устраивать очередные похороны во дворе.
Стихи Агния начала писать в четыре года — нормальное явление в любой интеллигентной семье, где детей воспитывают на классической литературе. Предками барышни Воловой были инженеры и юристы, но больше всего насчитывалось медиков, среди которых встречались настоящие светила. И все знали толк в искусстве. Дядя, выдающийся ларинголог Григорий Блох, основавший санаторий и туберкулезную клинику в Ялте, сам, кстати говоря, баловался стихосложением. Папа приохотил Ганну к басням Крылова, учил читать по рассказам Льва Толстого, а еще любил стихи и внимательно разбирал первые опыты дочери. Критиковал, невзирая на возраст: малышка все время мудрила со стихотворным размером, отец винил ее в упрямстве и неряшливости, и никто из них не подозревал, что спустя годы именно постоянное «расшатывание» размера станет «фирменным штрихом» поэзии Барто.
Наверное, в нашей стране нет ни одного взрослого или ребенка, который не знает наизусть хотя бы одно стихотворение Агнии Барто. Все мы легко декламируем историю про плачущую Таню, бычка, шатающегося на ходу, про мишку, которому оторвали лапу, но мало кто знает об авторе этих строк хоть что-то кроме того, что Барто написала множество произведений для детей и была ведущей радиопередачи «Найти человека».
Во время войны Агния Барто работала слесарем-токарем, для того чтобы... общаться с подростками. Из разговоров с детьми поэтесса черпала вдохновение для своего творчества, а где еще можно было их встретить во время эвакуации на Урал? Конечно, на заводе, ведь многие из них встали к станкам вместо ушедших на фронт взрослых...
Известно, что результатом общения с детьми во время работы на заводе стала книжка «Идет ученик», а также песня «Уральцы бьются здорово», которая получила в 1942 г. первую премию на уральском конкурсе.
Стихи песни издали отдельной листовкой и распространили на фронте. Саму же премию, как и зарплату токаря, Барто передала на создание танка.
По словам дочери поэтессы Татьяны Андреевны Щегляевой, Агния Львовна тщательно следила за своим внешним видом – не выходила из дому без прически, со вкусом подбирала одежду и при этом всей душой презирала вещизм. Дорогих украшений, платьев и обуви она никогда не покупала и считала, что излишние траты совершенно ни к чему.
В 1947 году Агния Барто опубликовала свою поэму «Звенигород», в которой рассказала о сиротах − детях, которые потеряли своих близких во время войны. Тема произведения послужила причиной масштабных поисков родителями своих детей по всей стране.
Позже, с 1964 по 1973 год, поэтесса вела программу «Найти человека» на радио «Маяк». Конечно, этими же вопросами занимались и власти, но именно благодаря передаче на «Маяке», обратиться в которую можно было, не собирая предварительно множество официальных бумаг, смогли воссоединиться 927 семей.
Некоторые истории из сюжетов «Найти человека» легли в основу одноименной книги. В наши дни формат программы, цель которой − поиск и воссоединение близких людей, продолжает жить (телепередача «Жди меня»).
Обо всем этом и не только можно узнать, посетив выставку «Планета Агнии Барто» в нашей библиотеке.
А для самых главных читателей-почитателей творчества Агнии Львовны наша библиотека провела литературный час, на котором мы вспомнили уже известные нам стихи и прочли незнакомые. В центре внимания оказалось стихотворение-сказка «Медвежонок – невежа», которое вызвало много разных эмоций. Ведь для ребят в столь юном возрасте очень важно показать невежество со стороны, чтобы они никогда так не поступали!
Потапочкина Д.В.
